Акцентуации характера: когда одна черта звучит громче остальных

Допустим, вы прошли тест в интернете и получили результат: «выраженная истероидная акцентуация». Или школьный психолог сказал про вашего сына-подростка: «шизоидный тип». Слова звучат как диагноз, и первым делом хочется испугаться или обидеться.

Пугаться не нужно. Акцентуация — не болезнь и не расстройство. Так называют характер, в котором одна черта выражена заметно сильнее остальных. Слова при этом и правда взяты из психиатрии прошлого века — отсюда и путаница.

Ниже — что такое акцентуация характера простыми словами, какие бывают типы, где проходит граница с расстройством и зачем обычному человеку всё это знать.

Что такое акцентуация характера простыми словами?

Представьте эквалайзер, где один ползунок выкручен почти до упора. Музыка та же, но одна частота звучит громче остальных. Так и здесь: аккуратность, общительность, осторожность или упорство есть у всех. При акцентуации одна из таких черт заострена.

Так акцентуация выглядела бы на эквалайзере: все черты на месте, но одна — почти на максимуме. Какая именно, у каждого своя.

У этого есть две стороны:

• Сильная. В подходящих условиях заострённая черта — преимущество. Дотошный человек незаменим там, где нельзя ошибаться. Тот, кто любит внимание, хорошо держится на сцене.
• Уязвимая. У каждого типа есть своё слабое место — ситуации, которые бьют именно по нему. Общительному и подвижному тяжело в одиночестве и рутине. Замкнутому — там, где нужно быстро сходиться с людьми. Остальные трудности человек при этом переносит не хуже других.

Акцентуацию называют крайним вариантом нормы. Это всё ещё норма: человек учится, работает, дружит и любит. Просто его характер заметнее, чем у других, и жить ему легче в одних условиях и труднее в других.

О том, из чего вообще складывается характер и чем он отличается от темперамента, я рассказываю в статье «Темперамент и характер». В акцентуациях они переплетены: в описаниях типов есть и то и другое.

Какие бывают типы акцентуаций характера по Леонгарду и Личко?

Единого списка нет. Самые известные списки составили два психиатра: немецкий — Карл Леонгард и советский — Андрей Личко. У Леонгарда двенадцать типов, если считать экстравертированный и интровертированный (в тест Шмишека из них вошли десять), у Личко — одиннадцать. Типы двух авторов похожи, но не одинаковы: ниже я ставлю рядом близкие. Сначала простое описание, в скобках — как тип называют в книгах и тестах.

• Любит быть в центре внимания (демонстративный, истероидный). Артистичный, обаятельный, умеет увлечь. Трудно, когда его не замечают: тогда хочется вернуть внимание любым способом — и чувства звучат громче, чем есть.
• Дотошный и сомневающийся (педантичный, психастенический). Надёжный, аккуратный, всё перепроверит. Трудно, когда нужно решать быстро и отвечать за других: сомнения не дают остановиться.
• Упорный и долго помнящий (застревающий). Целеустремлённый, принципиальный, доводит дело до конца. Трудно, когда задето самолюбие: обида не отпускает месяцами.
• Вспыльчивый и любящий порядок (возбудимый, эпилептоидный). Хозяйственный, основательный, держит правила. Трудно, когда правила нарушают или с ним спорят: раздражение копится и прорывается вспышкой.
• Энергичный и неунывающий (гипертимный). Весёлый, быстрый, лёгкий на подъём. Трудно в однообразии и под жёстким контролем: дела бросаются на середине, обещаний больше, чем сил.
• Серьёзный и склонный к грусти (дистимический). Вдумчивый, совестливый, глубокий. Трудно в шумных компаниях и при быстрых переменах; в неудачах первым винит себя.
• Живущий волнами (циклотимический, циклоидный). Недели подъёма, когда всё получается, сменяются неделями спада. Трудно на спаде: то, что вчера давалось легко, сегодня не поднять.
• Тревожный и ранимый (тревожный, сенситивный). Чуткий, скромный, ответственный. Трудно, когда его оценивают при всех, критикуют или подозревают в плохом.
• Мягкий и сочувствующий (эмотивный). Добрый, отзывчивый, чужую боль чувствует как свою. Трудно рядом с грубостью и несправедливостью: переживает долго и глубоко.
• Закрытый, живущий в своём мире (шизоидный, интровертированный). Самостоятельно мыслит, не зависит от моды и чужого мнения. Трудно там, где нужно быстро сходиться с людьми и угадывать их чувства.

Читая, вы наверняка узнали себя в двух-трёх пунктах. Так и должно быть: черты часто смешаны. А кто-то не узнает себя ни в одном — это значит лишь, что его характер ровнее. И если в описании вы узнали близкого или коллегу, это ещё не значит, что вы их поняли: это догадка, которую стоит проверить вопросом.

Как заметить у себя. Вспомните две-три ситуации, которые выбивают вас из колеи сильнее, чем других. Что у них общего — вас не заметили, поторопили, раскритиковали, заставили ждать? Общее и покажет вашу чувствительную точку.

Акцентуация — это диагноз? Где граница с расстройством?

Нет, акцентуация — не диагноз. Слова «истероидный», «шизоидный», «эпилептоидный» пугают, потому что похожи на названия болезней. Их придумали психиатры столетие назад, когда описывали характеры по сходству с тем, что видели в клинике. В словах «шизоидная акцентуация» или «истероидный тип» это названия склада характера, а не болезни: «эпилептоидный» не означает эпилепсию, а «шизоидный» — шизофрению.

Диагнозом бывает другое — расстройство личности. Отечественные психиатры отличают его от акцентуации по трём признакам:

1. Везде. При расстройстве черты проявляются во всех сферах жизни — дома, на работе, с друзьями. При акцентуации — в основном там, где задето слабое место.
2. Всегда. При расстройстве они почти не меняются годами. Акцентуация то заметнее, то сглаживается — с возрастом, при удачных обстоятельствах.
3. Мешает жить. При расстройстве человек из-за своего характера годами не может учиться, работать или ладить с людьми и страдает сам или заставляет страдать близких. При акцентуации трудности бывают, но жизнь они не рушат.

Отличить одно от другого может только врач-психиатр — на приёме, а не по тесту. Если вы узнаёте в этом списке себя или близкого, не ставьте диагноз сами: признаки названы, чтобы показать разницу, а не для самопроверки. Это повод для разговора с врачом-психиатром, а не вывод.

Зачем это знать, если вы не психолог?

• Чтобы перевести результат теста на человеческий язык. Вместо «у меня истероидная акцентуация» скажите себе: «мне трудно, когда меня не замечают». С первым ничего не сделаешь, со вторым можно: попросить внимания прямо, а не ждать, пока догадаются.
• Чтобы знать своё слабое место заранее. Если вы понимаете, что хуже всего переносите публичную критику, к отчёту перед начальством можно подготовиться: попросить замечания письменно, прийти с планом. Беда, о которой знаете заранее, бьёт слабее.
• Чтобы увидеть в «недостатке» силу. Дотошность, которая изводит вас по мелочам, делает вас человеком, которому доверяют важное. Вопрос не «как от неё избавиться», а «где ей место».
• Чтобы меньше ссориться. Партнёр перепроверяет, закрыта ли дверь, не потому, что не доверяет вам. Подруга рассказывает историю с преувеличениями не потому, что лжёт. Когда вы видите за поступком характер, а не злой умысел, спорить приходится реже.
• Чтобы понимать подростка. В подростковом возрасте черты большинства типов заостряются — именно о подростках Личко и написал свою книгу. Замкнутость или тяга к риску в четырнадцать лет чаще всего не «испорченность», а характер в трудном возрасте. Часто к взрослости он сглаживается. Полезнее спросить подростка, что ему сейчас труднее всего, чем исправлять характер: замкнутому — дать побыть одному, рисковому — найти, где рисковать безопасно. Другое дело — резкая перемена: подросток был общительным и вдруг замкнулся. Это уже не про характер: стоит выяснить, что случилось, а если перемена держится неделями — показать подростка врачу.
• Чтобы выбирать условия под себя. Работу, темп, круг общения. Энергичному человеку нужны перемены и люди, сомневающемуся — ясные правила и время на проверку. Это не каприз, а забота о себе.
• Чтобы не вешать ярлыки. «Он истероид» ничего не объясняет и ничего не исправляет. Тип — это подсказка, о чём спросить человека, а не ответ за него.

Можно ли доверять тестам на акцентуации характера?

Два самых известных теста устроены так:

• Тест Шмишека — 88 вопросов с ответами «да» или «нет». Он показывает, насколько выражен каждый из десяти типов, которые вошли в тест.
• Опросник Личко — для подростков от 14 до 18 лет. Его придумали для врачей и психологов, которые работают с подростками, а не для самопроверки.

Пройти тест в интернете из любопытства можно. Важно помнить три вещи:

• Это ваши ответы о себе, а не взгляд со стороны. Результат зависит от настроения и от того, каким вы себя считаете.
• Высокий балл — не диагноз и даже не «у вас акцентуация». Специалист смотрит не только на баллы, но и на то, как человек живёт.
• Типы — упрощение. Тесты на акцентуации используют в основном в России и соседних странах. В международных исследованиях характер чаще описывают не типами, а шкалами отдельных черт, по которым люди отличаются плавно. Тип — удобное упрощение, а не точный портрет.

Какие мифы ходят об акцентуациях?

«Акцентуация — это почти психопатия». Нет. Это вариант нормы, пусть и крайний. Яркий характер сам по себе — не болезнь.

«Акцентуацию нужно лечить». Лечить нечего: это не болезнь. Можно узнать свои слабые места, научиться беречь себя в трудных для вас ситуациях и менять привычки, которые мешают. Характер при этом остаётся вашим.

«Тип — это навсегда». Характер живой. Заострённые черты часто смягчаются с возрастом, а в тяжёлые периоды, наоборот, становятся заметнее. То, что вы видите в тесте сегодня, через десять лет может выглядеть иначе.

«По типу можно предсказать, как человек поступит». Тип говорит о склонностях, а не о поступках. Поступок зависит ещё от воспитания, ценностей, обстоятельств и решения самого человека.

«Зная тип, можно управлять человеком». Так акцентуации часто подают на тренингах. Знание характера помогает понять и договориться. А попытка «нажимать на кнопки» разрушает доверие — и обычно быстро становится заметной.

Когда дело не в характере?

Характер — это то, какой вы обычно. Насторожить должны перемены: у вас всегда хватало энергии, а теперь неделями нет сил. Или подъёмы и спады стали такими сильными, что рушат работу и отношения. Если у вас затяжное подавленное состояние или панические атаки, начните с психиатра или врача-психотерапевта: работа с психологом может идти параллельно, но не вместо лечения. Если бывает трудно отличить воображаемое от реального, нужен именно психиатр. Чем различаются эти специалисты и в каких случаях идти к врачу в первую очередь, я рассказываю в статье «Что такое психология».

Откуда взялось слово «акцентуация»?

Понятие предложил немецкий психиатр Карл Леонгард; известным его сделала книга «Акцентуированные личности» (1968). Он заметил, что между «обычным» характером и расстройством лежит широкая полоса ярких, заострённых характеров, и описал их на примерах — в том числе на героях Толстого, Достоевского и Шекспира.

В СССР идею развил ленинградский психиатр Андрей Личко. Он работал с подростками, предложил свой список типов и говорил об акцентуациях именно характера, а не личности в целом. Личко опирался и на более ранние описания характеров — прежде всего на работы Петра Ганнушкина.

На тех же типах построена и популярная методика «7 радикалов». О том, что в ней полезного и где с ней стоит быть осторожнее, — в отдельной статье.

Что почитать

• Карл Леонгард, «Акцентуированные личности». Та самая книга, с которой началось понятие. Вторая её часть — разбор характеров литературных героев — читается без специальной подготовки.
• Андрей Личко, «Психопатии и акцентуации характера у подростков». Книга написана для врачей, но описания типов в ней живые и узнаваемые. Пригодится родителям, которые хотят понять своего подростка, — с поправкой на то, что это не пособие по самодиагностике.
• Марк Бурно, «О характерах людей». Психиатр рассказывает о типах характера доступным языком — и для специалистов, и для обычного читателя: чем каждый силён, чем уязвим и как людям разного склада понимать друг друга.